На днях у меня получилась интересная переписка. С одной стороны, я переписывался с мусульманкой в YouTube. Она наехала на меня в комментариях, но в обмене сообщениями разговор пошел хорошо. Она рассказала, что ее родители - номинально верующие арабы, а она - верит серьезно и искренне. Вместе со знакомыми девушками - мусульманками, она "благовествует" в YouTube. С тех пор, как она уверовала, ее приступы паники прекратились. То, что Аллах сделал для нее, укрепляет и подпитывает ее веру.

С другой стороны, я переписывался с давним другом, которого уважаю и люблю - одним из пасторов - миссионеров, который был у самых истоков мой Церкви, когда я был верующим. Он не оставляет попыток переубедить меня, и прислал на этот раз письмо своего друга, который несколько лет назад умер от рака. В письме его друг писал, как спокойно ему умирать, зная, что Христос примет его. Мой друг выразил желание, чтобы и у меня была такая вера в Бога, способная утешить меня в минуты скорби.

Почему я пишу об этих двух разных вещах? Потому, что они сошлись для меня вместе. С одной стороны, я понимаю, что у меня никогда не будет такого утешения, какое может быть у верующего человека. Единственное, что утешает меня - это осознание того, что уйти из мира и оставить место детям - это последняя услуга которую я как их отец могу им оказать. Но с другой стороны, идея о вечной жизни достаточно привлекательна. Но насколько справедливо верить во что-то только потому, что мне хотелось бы, чтобы это было так? Читать дальше »