Настоящий Иисус был личностью, которую мы никогда не узнаем. Как бы наука ни старалась, вероятность того, что будут найдены исторические материалы, которые бы однозначно раскрыли нам исторического Иисуса, очень мала. Но те материалы, которые у нас есть, позволяют нам рассмотреть образ исторического Иисуса через налет Христианского мифотворчества. При том, даже в канонических евангелиях есть зацепки, которые помогают нам сделать это. Через глубину религиозного пиара, служащего интересам различных групп раннего христианства, пробиваются черты исторической личности. Их можно довольно много найти и в других евангелиях, отброшенных в 3 и 4 веке по мере того, как внутренняя борьба между различными группировками Христианства привела к победе одной из них и формированию современного понятия об ортодоксии.

Авторы четырех евангелий дают в высшей степени сбивчивую картину рождения Иисуса. Лука и Матфей повествуют о непорочном зачатии Христа, а Марк и Иоанн представляют его рождение обычным. Учитывая то, что евангелия распространялись отдельными книгами, как самодостаточные отчеты, опущение рассказа о чудесном рождении означало, что читатель будет рассматривать Иосифа отцом Иисуса. Руслан Хазарзар, историк, писатель, и один из лучших специалистов в вопросе исторического Иисуса на пост-советском пространстве, считает Иосифа отцом Иисуса, основываясь на этих и других фактах. http://khazarzar.skeptik.net/books/kh/bar_el.htm . Хотя мне его аргументы кажутся очень убедительными, и хорошо подтвержденными исторически, и все-таки соглашаюсь с теми историками, которые считают, что Иисус родился от внебрачной связи.

Матфей пишет, что Иосиф обнаружил беременность Марии до того, как они «сочетались». Греческое слово означает «сошлись» - то есть, они еще не спали вместе, а Мария уже была беременна. Проверить женщину на девственность во все времена не составляло особого труда, и если бы Мария была девственна, но беременна, то этого не составило бы труда доказать. Решение Иосифа изгнать ее означало только одно – она не была девственной. «Святой Дух» оказался куда «материальнее», чем богословы считают. Была ли Мария изнасилована, или соблазнена – неизвестно. Был ли это легендарный Цельсовский легионер Пантера или кто-то другой – мы тоже не знаем. Евангелия и апокрифы едины в том, что Иосиф решил оставить Марию. Кто именно был «Святым Духом», мы уже вряд ли узнаем точно. Может быть, на самом деле Иосиф? Но есть одно но. Оно в Евангелии от Луки.

Лука 2:41-51. Отрывок полон сюрпризов. Во-первых, мы читаем, что когда Иисусу было 12 лет, Иосиф был еще с ними. Что с ним случилось дальше – неизвестно. Он просто «пропадает» из повествования. И вот они всем семейством идут в Иерусалим на Пасху. Во-вторых, когда святая чета отправилась назад, они не заметили, что Иисуса с ними нет. Они не потревожились искать его, считая, что он пошел с «родственниками и знакомыми». Они стали искать его только пройдя день пути, и не найдя, возвратились в Иерусалим, где нашли его в храме, беседующего с учителями. Учителя обратили внимание на его разум. И вот настало самое интересное. Когда мать и отец, всплеснув руками, кричат своему ребенку, «Что же ты с нами делаешь?! Мы тебя повсюду ищем!» Их чадо отвечает: «А зачем ищите? Я дома у своего отца (бога)».

Обычно верующий человек, читая эти слова, умиляется сердцем. Но похоже, происходящее здесь – отблеск того самого «исторического Иисуса». Мне кажется, этот отрывок во многом понятен в случае, если Хазарзар не прав. Но и верующий не прав тоже. Давайте посмотрим с позиций традиционного толкования умиленного верующего. Иисус, не предупредив родителей, взял и остался в Иерусалиме. Будучи под их опекой, он был обязан как минимум предупредить их. Вместо этого, он проявил неуважение и непослушание. Это то, что называется «грех». И в нашем случае, это не мелкое непослушание – он убежал от родителей, и довольно серьезно, так что они его нашли на вторые-третьи сутки (день домой, и еще день назад, плюс время на поиски). Но ведь Иисус не должен грешить? Как бы он искупил грехи мира? Но давайте оставим в стороне мифологию и мальчишек, которые убегают от родителей, но это не грех, потому что это не должно быть грехом, иначе мифология рушится. Пусть верующие в мифы сами решают свои проблемы в своих текстах. То, что мы видим в этой картине – не простой Иисус мифа. Это проблеск исторического Иисуса, который не был безгрешен. И у этого Иисуса были проблемы.

Проблемы Иисуса сводились к его отношениям с Иосифом. И ев. Иоанна 8:41, и другие источники дают нам понять, что сверстники Иисуса знали о его внебрачном рождении, и были не прочь в накале спора поставить Иисуса на место, напомнив ему о его происхождении. Вероятно, в детстве Иисус перенес немало насмешек. Мы не знаем, что произошло в Иерусалиме, был ли у него спор с Иосифом, или какой-то конфликт до или после похода. Мы знаем только, что он убежал от родителей.

Тот факт, что Иисус увлекался богословием и искал себе компании учителей, также говорит об определенных проблемах. Любой мальчик возраста Иисуса старался брать пример своего отца, стать тем, кем был его отец. Пахарь – пахарем, плотник – плотником. Но Иисус не занимался ничем подобным. В то время, по всей Иудее фарисеями была открыта сеть школ-синагог, где они обучали население, преподавая им свою доктрину. «Учителями» чаще всего были именно фарисеи. Хотя в храме были скорее всего саддукеи, религиозная элита того времени, в чьей власти находился храм и связанный с ним бизнес, однако дома Иисус все же сталкивался бы именно с фарисеями. Мы видим, что молодой Иисус не видит в них врагов – не зависимо от того, были ли то саддукеи, или зашедшие в храм фарисеи. Он с интересом учится у них, задает вопросы. Только позже, повзрослев, их пути разойдутся. Но когда в евангелиях между фарисеями и саддукеями возникает спор, взгляды Иисуса оказываются неизменно ближе к фарисеям, как в споре о воскресении мертвых (Матфея 22:23-34).

Собеседники Иисуса в храме не могли не заметить его образованность в делах религии. Позднее, сами фарисеи задавались вопросом, не много ли Иисус знает, как для плотника? Ответ на этот вопрос прост. Иисус не учился на плотника. Он убегал в синагогу, где проводил время со своими будущими врагами, а пока что учителями, «мудрыми старцами» - фарисеями. И это возможно только в одном случае – в случае, если между ним и Иосифом был значительный конфликт. Постоянный конфликт. И как мы увидим позже, это был конфликт, связанный с отцовством.

Откуда мы знаем об этом? Из этого же отрывка. Потому что если только этот отрывок – не выдумка, если это на самом деле настоящее событие, произошедшее с Иисусом в 12 лет, тогда оно проливает особый свет на их отношения с Иосифом. Иисус убежал от них. Они его искали. И когда они возмутились его поведением, то в ответ услышали небывалую грубость. Ответ Иисуса груб, и рассчитан обидеть, не зависимо от того, с какой позиции его толковать.

«Зачем надо было вам искать меня?» - Прости, Иисус, ты хочешь сказать, что твои родители должны были, заметив, что ты исчез, простой пойти домой, и оставить тебя одного? Ты на самом деле считаешь, что они настолько не любят тебя, чтобы развернуться и уйти? Я думаю, для любого родителя эти слова были ударом ножом в самое сердце. Но для Иосифа было еще одно: «Разве вы не знаете, что мне следует быть дома у своего Отца?» Здесь фарисеи не схватились за камни и даже не сделали Иисусу замечания. В Израиле первого века нормально было называть бога своим отцом. Но то, как это сказал Иисус, был именно удар в сердце Иосифу. Иисус убежал не просто от родителей. Он убежал из дома и из семьи.

Дальше Лука говорит, что Иисус после этого случая «был у них в повиновении». Другими словами, он больше не позволял себе таких дерзких выходок после того, что сделал в храме. Я ожидаю, что здесь мне возразят, «Алексей, а ты уверен, что у тебя есть причины строить такую линию объяснения? Что тебя заставляет считать, что Иисус просто не пошел в храм по благочестивым причинам, как это традиционно понимают верующие люди?» И я отвечу: «Потому, что благочестивый поступок и бегство от родителей, которые несколько дней будут тебя искать, а потом вместо покаяния дерзость – это не совместимые с праведными порывами вещи». Иисус не пошел в храм из-за благочестивых побуждений. Он убежал от отца.

Что это говорит нам? Почему это важно? Это важно потому, что дает нам представление о психологическом настрое Иисуса. Верила ли Мария в сверхъестественное зачатие вообще когда-нибудь или нет, но когда Иисус начал свое служение, она не верила в него, и пришла с братьями и племянниками увести этого безумца домой (Марка 3:21, 31 и далее)». То, как Иисус дальше отказывается от них, говоря «Кто мне семья? Вы мне семья» – и показывает на учеников, тоже очень показательно.

Когда мы читаем историю Иисуса как настоящего человека, то видим парня, рожденного от внебрачной связи, конфликтующего с Иосифом настолько, что обучение его ремеслу невозможно. Страдающего от насмешек, страдающего от постоянной внутренней боли, находящего единственное утешение в религии. В боге он нашел единственного, кого он мог называть своим отцом. Из-за него он отказался от своей земной семьи, и, как это часто бывает с психически травмированными людьми, с детства уверовал в свое высшее предназначение. Эта убежденность дала ему смысл жизни, и она же сама стоила ему жизни. Только на кресте, когда он понял, что бог не спасет его, он вспомнил о матери, которая все это время безуспешно пыталась вразумить его. Когда бог, его вымышленный «отец» предал его, она оставалась его матерью до конца, стояв у подножия креста. Та, про которую он говорил, «Кто мне мать?» И, как говорит Иоанн, он проявил свой первый и последний в зрелом возрасте жест сыновней заботы, повелев ему позаботиться о ней.

Это конечно только часть портрета Иисуса. Многое осталось «за кадром». Но внимательно читая евангелия, сопоставляя факты и сопоставляя их с историческими данными, мы получаем образ настоящего, исторического Иисуса.